Камень Трокентана. Книга 1 [СИ] - Павел Ан

class="p1">— «Вот оно что» — сказала Винилин. Да ты не просто пришла к нам из земли тьмы, ты ещё и предательница! Ну, теперь-то ты за всё ответишь. Ух! почему тебя не поймали рядом с моим городом, уж я бы с тобой разделалась, как полагается. Женщина продолжала злобно смотреть на Антелин, теперь в её взгляде кипела ещё большая ненависть, видимо и за старое и зато, что её публично разоблачили.

— «Ан ну-ка» — сказал Винилин вытаскивая ей из рота кляп. Скажи-ка нам что-нибудь, оборотень. Как, кстати, её зовут?

— «Никак, у неё нет имени,» — сказала Антелин.

«Ну, скажи же нам что-нибудь, давай» — Винилин пнула оборотня ногой, но та только шипела и скалилась как волк, скрежеща от злости зубами.

— Закройте ей рот, а то она может перегрызть верёвку, следите за ней внимательно, хотя, на это раз, её слишком хорошо связали, но теперь нельзя позволить ей уйти от нас.

Глава 28

Наместник города — его закон.

(Поговорка жителей Вартаны)

Несмотря на опасность нападения степных волков, движимых чарами оборотня, отряд остановился на ночлег возле логова. Как рассказывали Рони и Коли, волки непрерывно беспокоили их своим воем на протяжении последних двух суток, но для такого большого отряда степные волки, даже в большом количестве, не представляли серьёзной угрозы. Однако, в эту ночь никому не пришлось сомкнуть глаз. Волки обступили весь лагерь. В округе их было, наверное, не меньше сотни, так что повсюду стоял ужасающий вой. Видимо, это была последняя, отчаянная попытка оборотня вырваться наружу, и она не жалела для этого подвластных ей волков.

Вскоре волки настолько осмелели, что решились напасть на весь лагерь, несмотря на ярко зажженные по его периметру костры. Оборотня держали в центре лагеря посреди освобождённой от травы поляны, на освещённом месте на виду у всех, чтобы у неё не было ни малейшего шанса на побег. Бой был довольно кровавый, но скоротечный, множество степных волков были убиты или ранены. Но они были настолько одурманены и действовали так отчаянно, что погибли бы всех до одного, если бы в разгар боя Антелин не подошла к оборотню и не заставила её подышать порошком сонной травы. Она носила его с собой и использовала как лекарство от бессонницы или в случае необходимости быстро и крепко уснуть, чтобы хорошо выспаться пред каким-нибудь предстоящим событием.

Поддавшись дурману травы, оборотень уснула, и нападение тут же прекратилось. Волки не только отступили, но и ушли далеко в степь.

Как только рассвело, весь отряд немедленно пустился в обратный путь. Правда поехали теперь иначе, на север до дороги, по которой к полудню и добрались до Ипсы. Всё это время оборотня везли в мешке, привязанном к одной из лошадей. Лошадь после этой поездки стала очень нервной и оставалась такой до конца жизни.

Отряд вновь начали сопровождать волки, которых набиралось всё больше и больше. Также оборотень всё хотела испугать везущую её лошадь, чтобы та понесла от страха и унесла её куда-нибудь в степь. Но эту возможность предусмотрели, так что и саму лошадь держали сразу несколько человек за несколько верёвок. Окончательно надежды на спасение пропали после того, как спустя несколько часов пути, по дороге встретили ещё одни посланный к ним на встречу от наместницы отряд, которая весьма кстати решила перестраховаться, видимо, почувствовав неладное.

Наместница догадалась, что возвращаться будут обратно по дороге и направила по ней ещё пятьдесят человек. И тем ни менее, даже такой крупный отряд, охранявший оборотня, волки сопровождали почти до самых ворот Ипсы.

Слух о поимке вселявшего во всех ужас оборотня мгновенно разлетелся по городу ещё с момента как в него въехал Грума. Теперь же, по случаю возвращения отряда, в городе прекратилась вся идущая в нём работа, и все жительницы вышли на улицу, ведущую от городских ворот к дому наместницы. Сама наместница вышла на улицу и, закутавшись в тёплый плащ, сидела в поставленном для неё кресле, с нетерпением ожидая прибытие отряда, так как об этом ей донёс посланный вперёд гонец.

Появление в городе отряда было встречено всеобщем радостным ликованием. Винилин уже практически спала сидя на лошади, и как не старалась бодриться, не могла скрыть свою сильную усталость. Но, тем ни менее, она выехала вперёд и отрапортовала о доставке опасной преступницы и освобожденных гномов. Новость об этом была встречена возгласами радости и аплодисментами. Гритилин поприветствовала её, а также гномов, расспросив их о самочувствие.

Затем настал момент, которого все с нетерпением ждали.

«А где же сама оборотень? Покажи-ка её нам» — сказала наместница.

Вокруг наступила полная тишина, стоящая вокруг толпа подошла поближе, некоторые сидели на крышах окрестных домов. К наместнице подвели уже изрядно понервничавшую лошадь и, наконец-таки, отвязали мучащий её груз. С оборотня сняли мешок, и все увидели бледную черноволосую женщину, с огромными чёрными глазами полными отчаяния и злобы к окружающим. Гритилин даже наклонилась, чтобы получше рассмотреть её лицо.

«Нет» — сказала она наконец. Она не знакома мне.

— «Зато она знакома мне» — сказал Антелин. Знайте же все, что она не порождение земли тьмы, а наша перебежчица, перешедшая на сторону врага во времена Кордена, в Весенне. Ещё тогда она убила сама или погубила кознями многих из наших, и вот теперь была поймана доблестными гномами, жителями подземного царства. Услышав эти слова, связанная женщина злобно зарычала и начала извиваться. По толпе прокатился возмущенный ропот.

Антелин вдруг почувствовала, что сейчас может начаться самосуд и пленного оборотня просто растерзает разъярённая толпа.

«Она достойна смерти!» — продолжила Антелин, повысив голос. И она её получит, но прежде она должна поведать нам, о своих тайных союзниках, которые могут скрываться и в нашей среде, мы должны узнать кто и как ей помогал в совершении злодеяний, и когда и как она сблизилась с тьмой, чтобы справедливо наказать всех виновных в этом и пресечь дальнейшее, связанное с ней зло. Поэтому мужественные гномы разумно поступили, захватив её живой и предав нам на суд, чтобы мы могли подробно выведать это. После чего, как я полагаю, госпожа наместница немедленно предаст её справедливой публичной казни.

Ропот в толпе немного утих, а потом начались раздаваться крики, скоро перешедшие в один громкий крик. Смерть ей! Смерть убийце! Смерть изменнице!

В поднявшемся шуме уже ничего нельзя было сделать, пленницу уволокли в дом наместницы, где посадили в специально сделанную для неё клетку и, развязав, сковали тяжёлыми железными цепями.